Он ехал в машине со страшной скоростью, руки его дрожали, еле удерживая руль. Улица кaзалась пустынной или была таковой. От этого чувство одиночества его увеличивалось, не хотелось ни выпить, ни выкурить сигарету, он знал – это не поможет, самообман - самое подлое предательство. Эта пустая улица отражала его внутреннее душевное состояние, душила какая-то безысходность, и от этого хотелось ехать все быстрее и быстрее, но он остановился так внезапно, что вылетел бы из переднего стекла, если б не ремень безопаснасти... привычка, простая привычка. Но он об этом даже не подумал, заныло плечо, а ему будто было приятно. Страдание внутреннее стало в чем-то созвучным с состоянием физическим. Дышать стало нечем, сиделось будто в аквариуме, в большом, но в аквариуме, начисто лишенным воздуха. Окно, скорее надо открыть окно, а ветра не было: июль в этих краях такой жаркий и душный, что все равно как на улице, так и в машине с закрытыми окнами. Только чувствовалась гармония тела и души в этом аду на земле. Он не мог ни о чем думать, ему и так было паршиво.
Зазвонил телефон, вернее, поступило новое сообщение, сначала он не обратил внимания, был погружен в свою боль, спустя несколько секунд он ожил, как мертвецы из фильмов ужаса, схватил аппарат и держал так бережно, что невольно подумалось – он перепутал его с перышком или с беззащитным младенцем. Прочитал сообщение: “Где ты милый? Никак не могу дозвониться.” Действительно, во время поездки он выключил телефон. Как же пришло сообщение? Он сам собой включился, что ли? Он резко изменился, глаза его округлились, потом он закрыл их, прижимая телефон к сердцу.
- А где ты...? - прошептал он,- Где ты...? Где, черт возьми, где...? - прокричал он, и с глаз хлынули слезы, как из высохшего родника вдруг пробивается вода.
С последними словами он выбросил телефон из окна, нажал на газ и с жутким звуком оторвался от места. Хотелось повернуть руль в сторону зданий, врезаться в стену и успокоиться навсегда...

20.12.05г.